Первому танцевальному чуду уже 55 лет!
01.11.2022

Первому танцевальному чуду уже 55 лет!

Эту историю нужно начать с того, что в этом 2022 году исполняется 55 лет, когда наш соотечественник впервые создал для легендарного Государственного ансамбля народного танца Северной Осетии,

Эту историю нужно начать с того, что в этом 2022 году исполняется 55 лет, когда наш соотечественник впервые создал для легендарного Государственного ансамбля народного танца Северной Осетии, не имевшего в тот год названия «Алан», первую в истории госансамбля полноценную именно танцевальную концертную программу.

Нужно приоткрыть завесу и сказать о том, что автором этой первой полноценной танцевальной концертной программы был студентом ГИТИСа, который после учебы вернулся на родину в Северную Осетию с высоко поднятой головой, потому что имел на это полное право. За короткий срок он уже имел за плечами убедительный список тех успешных действий, которые спасали и выручали республику и главный ансамбль Северной Осетии. В хронологическом порядке это выглядело следующим образом.

Будучи абитуриентом (1964 г.), он выручил родной коллектив и республику, прилетев в Северную Осетию на торжественный концерт, посвященный приезду генерального секретаря Хрущева Никиты Сергеевича для того, чтобы исполнить ведущие партии, которые ему были переданы еще в конце 1960 года. На первом курсе (1965 г.) он подготовил три новых танца  репертуара госансамбля для поездки на гастроли по городам Средней Азии и Казахстана. На втором курсе (1966 г.) он обосновал в служебной записке необходимость автономного развития народного осетинского танца, инициировав преобразование ансамбля песни и танца в ансамбль народного танца. На третьем курсе (1967 г.) он впервые для госансамбля создал новую программу в два отделения, которая была обкатана на гастролях в Ленинграде и городах Ленинградской области. На четвертом курсе (1968 г.) он выиграл всероссийский конкурс-смотр за право представлять страну на XI Всемирном фестивале молодежи и студентов, который проходил с 28 июля по 6 августа в столице Болгарии Софии. В конце этого года, он дал госансамблю название «Алан». На пятом курсе (1969 г.) он защитил диплом, в котором представил новую концертную программу в два отделения. И все эти годы (с 1964 по 1969 г.г.) Министерство культуры СОАССР писало письма ректору ГИТИСа Матвею Алексеевичу Горбунову, чтобы этот студент был освобожден в очередной раз от учебы и в очередной раз был направлен для постановок новых танцев не только формата музыкально-хореографических композиций, но и широких сюитных полотен. Необходимо напомнить тот факт, что по сегодняшний день все поклонники ансамбля «Алан» рассуждают об ансамбле, как о танцевальном, и обсуждают именно его хореографическую составляющую, которая появилась или, точнее сказать, была приведена в профессиональную кондицию только одним человеком. Важно не только указать, кто был автором этой полноценной танцевальной составляющей, но и через какие перипетии ансамбль приобретал танцевальную концертную программу из рук этого студента ГИТИСа третьего курса балетмейстерского отделения режиссерского факультета.

А началось все с прилета в 1966 году в Москву тогдашнего худрука госансамбля Северной Осетии Давида Иласовича Темиряева на встречу и разговор со студентом ГИТИСа. На встрече Темиряев с грустью и даже растерянностью достал пачку листов писчей бумаги, которые представляли собой отзывы инспекторов Министерства культуры РСФСР, присланные почтой на адрес Министерства культуры Северной Осетии. В этих отзывах говорилось о неудовлетворительном вокальном состоянии его хоровой группы, которое не может соответствовать ансамблю государственного образца. Темиряев спросил студента ГИТИСа в лоб, сможет ли тот сочинить и поставить в репертуаре столько танцев, сколько необходимо для создания полноценной самостоятельной концертной танцевальной программы, желательно в два отделения. И добавил, что, если сможет, то желательно в кратчайший срок в служебной записке указать, что именно необходимо для того, чтобы эту задачу осуществить максимально быстро. Буквально на следующий день Давид Темиряев получил долгожданную служебную записку, в которой автор, во-первых, сразу настаивал на реорганизации государственного ансамбля в пользу развития народного танца и преобразовать ансамбль «песни и танца» в ансамбль «народного танца», а во-вторых — чтобы в ансамбле был увеличен штат танцоров и музыкантов.  На основании всего изложенного, Министерство культуры Северной Осетии приняло от Давида Темиряева полученную информацию, как руководство к действию и преобразовало ансамбль в чисто танцевальный коллектив, убрав хоровую группу, переведя ее в распоряжение Гостелерадио.

Мало кто знает, что несколько лет спустя автор всесоюзного бестселлера «Записки балетмейстера» профессор, один из основателей балетмейстерского отделения Государственного института театрального искусства им. Луначарского Ростислав Владимирович Захаров поставил этого молодого балетмейстера — нашего земляка, в один ряд с такими корифеями балетмейстерского искусства, как Н. Надеждина (ансамбль «Березка»), Т. Устинова (хор. Им. Пятницкого), И. Моисеев (ГАНТ СССР), П. Вирский (ансамбль Украины), И. Сухишвили (ансамбль Грузии) и другими.

Кроме того, в конце 60-х годов суровые критики Советского Союза в своих статьях в самых авторитетных журналах, среди которых были «Музыкальная жизнь», «Советский балет» и другие размещали свои восторженные рецензии. А тем временем, заведующий балетмейстерским отделением многократно присылал нашему земляку телеграммы с просьбой вернуться в Москву и работать над постановками балетных спектаклей на площадках ведущих театров оперы и балета тогдашнего СССР.

Постановки некоторых его танцевальных номеров, именно балетного формата, были высоко оценены представителями мирового балетного сообщества, среди которых: автор лучшей версии балета А. И. Хачатуряна «Спартак» хореограф Ю. Н. Григорович, а также автор либретто и постановщик балета «Тысяча и одна ночь», премьера которого состоялась в Большом театре, главный балетмейстер театра и оперы Азербайджанской ССР, лауреат госпремии СССР Н. Назирова и другие.

Один из солистов Большого театра, заслуженный артист РСФСР А. А.  Лавренюк , говоря о нашем соотечественнике, констатировал: «Его познания в народном танце, несмотря на молодой возраст, имели более глубокие аргументы, чем у самой Тамары Степановны Ткаченко, написавшей всесоюзный учебник «Народный танец». Он знал народный танец ярче, чем его педагог, сам Ростислав Захаров, который делал все, чтобы его ученик окончательно вернулся обратно в Москву».  

Отъезд нашего соотечественника из Москвы в родную Осетию не поняли даже его сокурсники и коллеги необъятной страны, в числе которых был Анатолий Алексеевич Борзов , солист, исполнявший самые сложные трюки в ансамбле ГАНТ СССР, которым руководил И. А. Моисеев, где Борзов представлял артистов второго поколения. Так вот он сказал следующие слова: «Он вернулся на родину, как двигатель от бульдозера, которому на родине не могли найти применение, потому что этот двигатель неуместен на самокатах или велосипедах, на которых «ездило» танцевальное искусство Северной Осетии».

Нельзя не сказать о том, что к тому моменту наш соотечественник уже был в списке самых высококвалифицированных специалистов СССР. Поэтому ни для кого не было удивлением, что министр культуры СССР Екатерина Алексеевна Фурцева доверила ему организовать курсы повышения квалификации профессиональных балетмейстеров Кавказа и Приволжья, на которых сам Ростислав Владимирович Захаров уступил в пользу нашего соотечественника проведение лекций по самой престижной дисциплине в постановочном мастерстве хореографа — «Искусство балетмейстера»!

О таком взлете карьеры может мечтать любой хореограф, когда ты самый молодой балетмейстер среди признанных мастеров и уже находишься в элите наравне с корифеями. Возникает вопрос: зачем вообще возвращаться в Северную Осетию и для чего? Что мешает остаться в Москве и творить на другом уровне и в других масштабах?

Как-то через несколько десятков лет его спросили: «А вот, если бы Вам предложили со сцены кого-то поблагодарить, то кого бы вы поблагодарили?»

И он спокойно ответил: «Скорее всего, поблагодарил фарновского водителя, который в жару, задержал отъезд автобуса из Фарна до Беслана, объяснив пассажирам, что их земляк едет в Москву поступать в институт. И моя бесконечная благодарность моим односельчанам, из которых ни один не возмутился, и все терпеливо ждали меня в «раскаленном» автобусе».        
Тогда был задан еще один вопрос: «А как же чиновники? Вы их не упомянули?».

Он ответил очень убедительно: «Конечно, есть те чиновники, которым я благодарен, и в первую очередь, это незаслуженно забытому Давиду Темиряеву, который поверил в меня и доверил мне, студенту ГИТИСа, чтобы я впервые для истории ансамбля создал полноценную концертную танцевальную программу.  Вторым поблагодарил бы Билара Емазаевича Кабалоева, который не лишил меня звания и не помешал учебе в ГИТИСе за мой самовольный «побег» из республики. Кроме того, в 1968 году Билар Емазаевич, на тот период руководитель республики, а точнее, первый секретарь Обкома партии Северо-Осетинской Автономной Союзной Социалистической Республики вызвал меня на закрытое совещание, на котором единогласно было принято беспрецедентное решение — отдать мне две должности — главного балетмейстера и художественного руководителя. Такого в истории ансамбля еще не было. И я вышел с совещания уже с двумя должностями. А вот обо всех остальных чиновниках скажу: каждый из них настойчиво пытался цинично «закрыть» мои творческие «фибры» и частично им это удалось. Я мог сделать в несколько раз больше того, что сделал».

Эти фрагменты биографии были сказаны о человеке, которого, к величайшему сожалению, уже нет с нами, но в памяти компетентного зрителя и коллег России и Северной Осетии он остался, как однозначный и безусловный законодатель мод в народной осетинской хореографии.

Великая и сильная интеллектуальная личность, он никогда не утрачивал способностей к саморазвитию и постоянно открывал в искусстве народного танца все новые и новые идеалы, которые трансформируясь в его мощном творческом сознании, принимали каждый раз новые и новые формы и образы, благополучно материализуясь в созданных им танцах.

Именно благодаря ему термин «золотой состав» появился сегодня в обиходе журналистов Северной Осетии, а ведь мало кто из них знает, что это были составы двух поколений — образца 1968-71 и 1986-89 годов.  Очевидцы тех периодов, кто сумел в разные годы подглядеть репетиции, рассказывали о том, что для них это был поистине завораживающий процесс , отдельный спектакль, внутри которого не было спуску никому, и руководил этим он — непререкаемый учитель. Достаточно было одного его жеста, загадочного для посторонних и понятного всем танцорам и музыкантам оркестра, чтобы все вокруг на миг беспрекословно замерло, и не дышал никто. Затем, секунда, другая и разящая реплика молниеносно рассекала, казалось бы, несдвигаемую тишину. И каждый знал и понимал, что через мгновенье все, как один будут работать и дышать в унисон…

Этот человек покинул наш мир тихо и незаметно, оставив в памяти зрителей и коллег свое яркое творческое наследие, свои танцы, пропитанные народной достоверностью и национальной узнаваемостью, в которых был отражен самобытный колорит щедрой и открытой осетинской души, наполненной юмором, задором, отвагой, находчивостью и смекалкой. Сочиненные им образы были наполнены земной народной осетинской душой, когда все женские разно возрастные персонажи четко соответствовали характеру поведения осетинских женщин, а мужские — осетинских мужчин. Репертуар ансамбля возвращал зрителя к простым и искренним временам прошлого. Его ансамбль выгодно отличался от других коллективов своей этнографичностью и, как говорил Владимир Кузьмович Курбет руководитель молдавского ансамбля «Жок»: «В черкесках танцевали коллективы всего Северного и Центрального Кавказа, но я мог выключить звук телевизора и понять, что в данный момент на сцене танцует именно его ансамбль…»

Первый «золотой» состав ансамбля «Алан» образца 1968-71 годов уже был включен в список организации «Госконцерт» под грифом «для зарубежных гастролей». Этот коллектив не был похож ни на один коллектив нашей страны, потому что основная часть артистов ансамбля опиралась не столько на унифицированные профессиональные знания, которые обычно получают в хореографических училищах, а была сформирована уроками, полученными конкретно от своего руководителя.

«Вы можете считать себя состоявшимся в процессии, если ваши коллеги позволят вам их критиковать и будут следовать вашим замечаниям»,  — эта фраза принадлежит ему, нашему соотечественнику, о ком была эта короткая история —  Хаджисмелу Петровичу Варзиеву , первому дипломированному балетмейстеру Осетии, блистательному танцовщику и величайшему хореографу, ярчайшей фигуре и самой авторитетной личности в истории осетинского народного танца, создавшему первую автономную танцевальную концертную программу, давшему ансамблю название «Алан» и превратившему коллектив, искусство которого было высоко оценено Правительством СССР, вручившим ансамблю Орден «Дружбы народов» за высокое советское хореографическое искусство. И эти заслуги Х. П. Варзиева отражены в самом названии ансамбля —  Государственный академический ордена «Дружбы народов» ансамбль танца «Алан».

Источник: http://gztslovo.ru/news_full_page/stati/Pervomu-tantcevalnomu-chudu-uzhe-55-let/

Алина

Последние новости

«Единая Россия» продолжает мониторить цены на одежду и спецснаряжение для военных

Сотрудники Региональной общественной приемной Председателя партии «Единая Россия» Д.А.

«Маленького принца» и «Золушку» поставят на осетинском языке

«Маленького принца» и «Золушку» поставят на осетинском языке. Об этом сообщил худрук Осетинского театра Гиви Валиев, – пишет «ОсНова».

Обвиняемый в убийстве Тамерлана Торчинова приговорен к 14 годам колонии строгого режима

Верховный суд РСО-А признал  Виталия Торчинова виновным в убийстве Тамерлана Торчинова и приговорил его к 14 годам колонии строгого режима.

Card image

У кофеварок, как и любого оборудования, могут возникать проблемы в работе, связанные с постоянным или неправильным использованием.

Комментарии (0)

Добавить комментарий

Ваш email не публикуется. Обязательные поля отмечены *